Регистрация Вход
Библиотека /
Поиск по библиотекеМоя библиотекаИскать книгу(обмен)


                   АПОКРИФИЧЕСКИЕ МАТЕРИАЛЫ
                              О
                       МАКСИМЕ И ФЕДОРЕ
                              54



ЮНОСТЬ МАКСИМА


(материалы к биографии) Когда Максиму исполнилось 20 лет, он уже вовсю писал пьесы; к этому времени он уже написал и с выражением начитал на магнитофон следующие пьесы: "Три коньяка", "Бакунин", "Заблудившийся Икар", "Преследователь", "Поездка за город", "Андрей Андреевич", "Пиво для монаха", "Голем", "Васькин ше- леброн" и другие. Знакомые Максима вспоминают, что пьесы были вроде ниче- го, но никто не помнит про что. Федор, знавший Максима в ту пору, утверждает, что пьесы гениальны; но про содержание сказал мало определенного; мож- но предположить, что это были повествования о каких-то де- ревнях, исчезнувших собутыльниках и про Федора во время обу- чения в школе. Бывшая жена Максима также подтвердила гениальность пьес, сообщив, что пьеса "Заблудившийся Икар" была про Ика- ра, пьеса "Бакунин" - про Бакунина. Ее свидетельству, види- мо, можно доверять, так как именно у нее хранятся пленки с записями пьес. (К сожалению, на эти пленки были впоследствии записаны ансамбли "АББА" и "Бони М"). Бывшая жена Максима с теплотой вспоминает о вечерах, когда друзья Максима прослушивали пьесы. Обстановка была ве- селая, непринужденная, покупалось вино - всем хотелось от- дохнуть и повеселиться, часто употреблялось шутливое выраже- ние ставшее крылатым: "Максим, да иди ты в ж%пу со своими пьесами!" Несмотря на то, что писание пьес отнимало у Максима много времени, он, видимо, с целью сбора материала для лите- ратурной обработки, служил младшим бухгалтером в канцелярии. Учитывая, что Максим в свободное время занимался домаш- ним хозяйством, а также то, что он часто упоминал о своем желании уйти в дворники, нельзя не вспомнить слова Маркса и Энгельса из работы "Немецкая идеология": "... В коммунистическом обществе, где никто не ограни- чен каким-нибудь исключительным кругом деятельности, каждый может совершенствоваться в любой отрасли... Делать сегодня одно, а завтра - другое, утром охотиться, после полудня ло- вить рыбу, вечером заниматься скотоводством, после ужина предаваться критике, - как моей душе угодно". Максим в полном смысле этого слова не был ограничен ка- ким-нибудь исключительным кругом деятельности. Так, в 23 го- да он неожиданно для друзей оставил и литературную и канце- лярскую деятельности, в течении 2 лет совершенствуясь исклю- чительно в военной области, причем не по-дилетански, а в ря- дах вооруженных сил. Вот то немногое, что известно о юности Максима до раз- вода с женой - остальные сведения крайне отрывочны и проти- воречивы; так, бывшая жена утверждает, что с годами он ста- новился все тоскливее и тревожнее, не ночевал дома и избегал друзей, а Федор утверждает, что напротив, Максим "наплевал и успокоился". В этих противоречивых суждениях даже не понять, о чем идет речь. Сам Максим никогда не рассказывал о своей юности и на вопрос, как сформировался его характер, только с грустью смотрит в окно. 55 ТАК ГОВОРИЛ МАКСИМ Глубокой ночью встал Максим, чтобы напиться воды из-под крана и, напившись, сел за стол, переводя дух. И уже крякнув, перед тем, как встать, заметил на столе коробку с надписью: "Максиму от Петра". Когда же он раскрыл коробку, там оказались коричневые ботинки фабрики "Скороход". Бледно усмехнулся Максим и заду- мался, не пойти ли ему спать или еще воды попить. И сказал: "Что же ты, Петр, единственный, кто помнит о моем дне рождения, ждешь от меня? Благодарности? Самую искреннюю из моих благодарностей ты знаешь: иди ты в ж%пу со своими бо- тинками. Но не получишь такой благодарности, не бойся. Ибо и в этом мире надлежит каждому воздавать по помыслам его; и вот тебе моя награда. Поистине, лучше бы тебе было думать, что я говорю это на автопилоте! Да, ты угадал - я и нежен, и ностальгичен - это ли хо- тел разбудить снова? Замечал ли ты, что перед Новым Годом не могу ходить по улицам и посылаю в магазин Федора - нет мочи видеть мое задушенное детство в тысячах мерцающих елочек. Знаешь, что такое твой подарок? Цветок на пути бегуна - и о цветок можно подскользнуться; а что толку от него? Что толку выпившему цикуты Сократу от таблетки аспирина?" Так говорил Максим. "Воистину в яд превратил я кровь свою - и даю вам: вот, пейте, а ты хочешь дать мне таблетку аспирина? Я тот, кто приуготовляет путь Жнецу. Умирать учу тебя, и удобрить почву для пришедших после Жнеца - а не умереть, как слякоть всякая, под серпом. Отравленное вино лакали твои отец и мать под грохот маршей - и первый твой крик, когда ты вышел из чрева матери - был криком похмельного человека. Вот ты ропщешь на Господа - зачем Он не отодвинет крыш- ку гроба, в котором ты живешь? Но не горше ли тебе станет - ведь ты и тогда не сможешь подняться, похмельный. Ты добр и задумчив - ибо немощен и пьян. О, хоть добро- детелью не называешь этого! Знаешь, что делают с деревом, не приносящем плодов? До семижды семидесяти раз окопает его Добрый Садовник. Но что, скажи, делать с сухим деревом? Обойдет ли Жнец вас? Движение жизни для вас - верчение одного и того же круга: БЛЕВОТИНА РАСКАЯНИЯ ОТ ВИНА БЛУДОДЕЯНИЯ. 56 И что вино блудодеяния! - любой яд уже пища для вас; боюсь, что опоздал со своим чистым ядом за вашей эволюцией. И вы еще лучшие из этой слякоти! Закат окраски лучшее в тебе - но тяжесть заката не оп- равдание - ни Вальсингам, ни Боничках с проколотым горлом - не канючат отсрочки у Жнеца!" 57

Наша библиотека является официальным зеркалом библиотеки Максима Мошкова lib.ru

Реклама