Регистрация Вход
Библиотека /
Поиск по библиотекеМоя библиотекаИскать книгу(обмен)

Марк Аврелий Олимпий Немесиан. Эклога II (отрывки) (Пер.Ф.А.Петровского)

Марк Аврелий Олимпий Немесиан. Эклога II (отрывки) (Пер.Ф.А.Петровского)


---------------------------------------------------------------------------- Перевод Ф. А. Петровского Хрестоматия по античной литературе. В 2 томах. Для высших учебных заведений. Том 2. Н.Ф. Дератани, Н.А. Тимофеева. Римская литература. М., "Просвещение", 1965 OCR Бычков М.Н. mailto:bmn@lib.ru ----------------------------------------------------------------------------

МАРК АВРЕЛИЙ ОЛИМПИЙ НЕМЕСИАН


(41 в. н. э.) Деятелями римской литературы в позднейшие века античности часто являются романизированные провинциалы. Таким был и Аврелий Немесиан (Aurelius Nemesianus), происходивший из Африки. Его пастушеские эклоги, написанные под влиянием Вергилия, отражали проявившуюся в то время тягу на лоно природы, к примитивной жизни.

ЭКЛОГА II


1 Юный Ида и юный Алкон к Донаке прекрасной Оба с младенческих лет пылали страстной любовью: Прелести милой Донаки безумием их поразили. Раз, когда юная дева цветы собирала в лощине Ближнего сада и грудь украшала любезным акантом, Оба застигли ее и, вняв обольщеньям Венеры, Сладость девичьей ласки украдкой оба сорвали. Так возгорелась любовь и недетские с нею желанья; Так и в пятнадцать лет томления страсти приходят. 10 Но родители дома, суровые, заперли деву (Ибо и голос у ней звучал уже не по-детски, И беспокойные стали слова, и нрав непокорен, Часто краснела она, и в жилах кровь трепетала). Юноши, жаром любви пораженные в самое сердце, Вверили горе свое тогда разученной песне. Оба равны искусством, красивы оба и статны, Оба еще безбороды; не стрижены длинные кудри. Сидя в тени под платаном, они утешенья искали Поочередно - свирелью один, а другой песнопеньем.

ИДА


20 "Вы, о дриады, жилицы лесов, луговые наяды, Вы, что, стопой белоснежной сырых побережий касаясь, Алые в травах цветы рассыпаете щедро, наяды, Дайте ответ, где найду я, в лугах или сенях дубравных Милую сердцем Донаку, склоненную к лилиям нежным? Трижды уже вечерело и солнце с небес нисходило - Все у пещеры привычной Донаку я поджидаю. А между тем, будто есть исцеление в этом от муки, Или безумства желаний от этого могут смириться, Третью зарю мое стадо не ведает пастбищ веселых, 30 И ни один из потоков томительной жажды не гасит. В тщетной надежде к сосцам матерей припадают телята, - Сухи сосцы, и слабым мычаньем полнятся хлевы. Сам я ни гибкой лозы, ни ростков камышовых упругих Уж не ищу для корзин и сыра давно не готовлю. Что я без нужды тебе говорю? Велико мое стадо (Знаешь сама), и были всегда дойники мои полны. Я... я все тот же, Донака, кому ты дарила так часто Сладкий свой поцелуй посреди неоконченной песни И от свирели мои отрывала дрожащие губы. 40 Кто мне (увы!) на помощь придет и подаст исцеленье? Вот я, самшита бледней и синее фиалки, блуждаю, Пищи давно не приемлю, и кубки нашего Вакха Я отвергаю, и тихому, сну предаться бессилен. Горе мое, нет тебя - и лилия кажется черной, Бледными кажутся розы, постыл гиацинта румянец, Нет аромата в дыханье ни лавра, ни нежного мирта. Но возвратишься ко мне, - и белыми лилии станут, Розы окрасятся ярко и будут милы гиацинты, Сладостно мирты запахнут и лавры вздохнут благовонно. 50 И покуда Палладе оливка, налитая соком, Вакху его виноград, Приапу {1} - яблоки, Палес {2} Милы луга, - дотоле тебе я предан единой". Так вздыхала свирель. Алкон ей ответил стихами, Что - пусть поведает Феб: подвластны ему песнопенья.

АЛКОН


"Горная Палес и ты, Аполлон, покровитель пастуший, В зарослях мощный Сильван и ты, о Диона {3} благая, Что над вершинами Ерика {4} властвуешь, чьею заботой Было от века - сердца сочетать, упоенные страстью, - Что я свершил? Почему я прекрасной оставлен Донакой? 60 Я ей подарки носил, каких не носил мой соперник, Звонкого ей соловья подарил, искусного в пенье; Он, когда дверцы его из лозы сплетенного дома Настежь были открыты, умел, как будто бы вольный. Вылетать - и средь птиц полевых насладиться свободой; Не забывал он, однако, к знакомому крову вернуться, Предпочитая лозовую клетку лесам и просторам. Кроме того, так недавно тебе добычу лесную, Нежного зайца прислал я с четой голубиною дикой. И после этих даров ты меня отвергаешь, Донака? 70 Может быть, ты недостойным почла, что Алкон, твоя жертва, Грубый пастух, и только быков выгонять ему в поле? Но пастухами и боги ведь были: прекрасный Адонис {5}, Вещие фавны и Пан, и сам Аполлон несравненный. Утром глядел на себя я в зеркальную гладь водоема, Феб не являлся еще на востоке багряном, и яркий Не трепетал еще блеск на поверхности водной; Что я увидел: ланиты, едва поросшие пухом, Длинные кудри. Недаром везде слыву я прекрасней Нашего Иды, - сама ты не раз ту молву повторяла, 80 Алые щеки хвалила мои и молочную шею, Эти живые глаза и стройность юного стана. Я обучен играть на свирели: цевница простая Некогда пела бессмертным, и Титир {6} нежную песню Ей поверял - и леса привели его в город владычный. Песнью моей о Донаке и я буду в Городе {7} славен. Если боярышник может со стройным расти кипарисом, То и орешник пускай зеленеет средь сосен могучих". Так целый день состязались юнцы, воспевая Донаку. Только, над лесом восстав, заставил их Геспер {8} холодный 90 Долгие песни прервать и со стадом домой возвратиться. 1 Бог - хранитель садов и плодородия почвы. 2 Богиня полей и жатвы. 3 Здесь - Венера, чей храм был славен в Сицилии. 4 Город в Сицилии. 5 Любимец Венеры. 6 Один из пастухов в эклогах Вергилия. 7 Т. е. в Риме. 8 Вечерняя звезда.

Наша библиотека является официальным зеркалом библиотеки Максима Мошкова lib.ru

Реклама